показать всё меню

Творчество Хафиза Ширазского

Музыкальное вступление: Zohreh Jooya - Music Of The Persian Mystics

В моём сердце есть место для Него (Поэма Саади) – In My Heart Is Room For No-One (Poem By Saadi)
 

 * * *

Эй, проповедник, прочь поди! Мне надоел твой нудный крик.
Я сердце потерял в пути. А ты что потерял, старик?

Среди всего, что сотворил из ничего Творец миров,
Мгновенье есть; в чем суть его – никто доселе не постиг.

Все наставленья мудрецов – лишь ветер у меня в ушах,
Пока томят, влекут меня уста, как сахарный тростник.

Не сменит улицу Твою дервиш на восемь райских кущ,
Освобожден от двух миров – своей любовью он велик.

Хоть опьянением любви я изнурен и сокрушен,
Но в гибели моей самой высокий строй души возник.

В несправедливости ее, в насилии не обвиняй!
Скажи: то милости поток и справедливости родник!

Уйди, Хафиз, и не хитри! И сказок мне не говори!

Я прежде много их слыхал и много вычитал из книг.

(Пер. В. Державина)

 Это стихотворение знаменитого персидского поэта 14 века, известного как Хафиз. По рождению его имя – Шамседдин Мохаммед. В конце земной жизни его называли Ходжа Шамседдин Мохаммед Хафиз Ширази.

Само слово "хафиз" переводится как "хранитель" и означает человека, который в сердце своём хранит заветы Корана. Также хафизом называют человека, знающего Коран наизусть. В дальнейшем хафизами стали называть народных певцов и сказителей. Для Шамседдина Мохаммеда справедливы все значения слова хафиз, и оно стало его псевдонимом, под которым он и остался знаменит в веках.

Не будем подробно рассматривать его биографию, тем более, что из дошедших до нас источников о нём невозможно точно понять, где действительные сведения, а где нет. Поэтому кратко.

Хафиз родился в Ширазе около 1325 года. Шираз – это город на юго-западе современного Ирана. Родился в бедной семье. С малолетства был учеником-подмастерьем в дрожжевом цехе, посещал школу, где обучался и религиозным дисциплинам и стихосложению. Наизусть выучил Коран – священную книгу мусульман и стал чтецом Корана.

Удивительна легенда о том, как Хафиз открыл в себе поэтический дар. В то время в Ширазе, даже среди людей базара, как их называли, то есть среди ремесленников и торговцев, было очень много ценителей поэзии. Они регулярно собирались, устраивали поэтические диспуты и соревнования. Хафиз, тогда ещё Шамседдин Мохаммед, стал завсегдатаем этих собраний, сам участвовал в них, пытался слагать стихи, но заслуживал лишь насмешки. Встретились даже такие сведения, что его специально приглашали на эти собрания, чтобы посмеяться. И, конечно, это очень задевало его.

Легенда повествует о том, как молодой чтец Корана в одночасье стал великим поэтом. Будучи не в силах сносить больше издевательств, Шамседдин решил посетить гробницу знаменитого отшельника и поэта Баба Кухи Ширази, которая почиталась чудотворной. Он долго и истово молился, плача и жалуясь на судьбу, пока не выбился из сил и не заснул прямо на земле около гробницы. Во сне ему явился благообразный старец, который, как сказано в легенде, дал ему вкусить некой божественной пищи и сказал: "Ступай, ибо врата знаний теперь для тебя открыты." На вопрос о том, кто он такой, старец ответил, что он халиф Али.

Есть две версии того, кто такой этот халиф Али. Одна, что это Али бен Аби Талиб, четвёртый праведный халиф, двоюродный брат, зять и сподвижник пророка Мухаммеда. С его именем связано зарождение шиизма. Мусульмане-шииты почитают его наравне с пророком Мухаммедом, считают его преемником Мухаммеда, носителем божьей благодати. В то время как мусульмане-сунниты верят, что Мухаммед был пророком, призванным по божественному повелению, а потому не мог завещать или передать это свое священное служение ни одному из преемников. Преемники Мухаммеда наследовали лишь земную власть.

Вторая версия такая, что старец, явившийся Хафизу, это Хизр (или Хидр, или Хадир) – персонаж мусульманских мифологических сказаний, не упомянутый в Коране, но чрезвычайно почитаемый. Его связывают с коранической историей путешествия Мусы (Моисея) и нахождения им живой воды, то есть сокровенного знания. Главным качеством Хадира считается бессмертие. Его считают наставником и советником многих пророков, в том числе Мухаммеда.

"Ступай, ибо врата знаний теперь для тебя открыты", – сказал старец. Очнувшись от сна, юноша Хафиз сложил газель, которая прославила его имя. Эту газель теперь называют "газелью о ниспослании поэтического дара". Но, прочитав её, можно увидеть, что речь идёт о нечто гораздо большем, чем в буквальном смысле только о ниспослании поэтического дара.

Вчера на исходе ночи от мук избавленье мне дали,
И воду жизни во тьме, недоступной зренью, мне дали.

Утратил я чувства свои в лучах того естества!
Вина из чаши, что духа родит возвышенье, мне дали.

И благостным утром была и стала блаженства зарёй
Та ночь – повеленьем судьбы, – когда отпущенье мне дали.

Небесный голос в тот день о счастье мне возвестил,
Когда к обидам врагов святое терпенье мне дали.

И взоры теперь устремил на зеркало я красоты:
Ведь там, в лучезарность её впервые прозренье мне дали!

Дивиться ли нужно тому, что сердцем так весел я стал?
Томился скудостью я, и вот – вспоможенье мне дали

Весь этот сахар и мёд, в словах текущий моих,
То плата за Шах-Набат, что в утешенье мне дали.

Увидел я в тот же день, что я к победе приду,
Как верный стойкости дар врагам в посрамленье мне дали.

Признателен будь, Хафиз, и лей благодарности мёд
За то, что красавицу ту, чьи прелестны движенья, мне дали.

Необходимо сказать – то, что Хафиз говорит о красавице и использует слово "Шах-Набат", которое может быть и женским именем, дало повод некоторым исследователям утверждать, что речь идёт о конкретной женщине. И вообще, если мы поищем в различных энциклопедиях и справочниках, то прочитаем, что знаменитый Хафиз воспевал в своих произведениях страстную любовь к женщинам, муки любви, вино, пиры и пирушки, розы, и т.д. Если читать в буквальном смысле, то да. Но современники называли Хафиза "Сокровенный язык" и "Толкователь тайн". Мы знаем, что персидские поэты в основном все были суфиями, то есть обладали истинными знаниями и выражали их в своих стихах через символы. Поэтому можно предположить, что Шах-Набат ( буквально переводится как "сахарный леденец" или "кристаллический сахар"), может означать "божественная пища", что тоже есть символ, но уже более понятный нам. Поэтому, если захотим понять Хафиза, придётся научиться расшифровывать его стихи. Например, если предположить, что под символом вино понимается дух, красавица – мудрость, под страстным влечением к красавице – любовь к мудрости или к Высшему Миру, под кабаком или питейным домом – храм, место для молитвы, то стихи приобретают свой смысл.

О суфий, розу ты сорви, дай в рубище шипам вонзиться!
Снеси ты набожность в кабак, – не стоит с показной возиться!

Безумным бредням, болтовне ты предпочти напевы чанга,
Ты чётки отнеси в заклад – и заживи, как винопийца!

Твои молитвы и посты отвергли кравчий и подруга,
Так лучше восхвали весну, хотя она и озорница!

Смотри, владычица сердец, я разорен вином багряным,
Но ради родинки твоей готова кровь моя пролиться!

О Боже! В дни цветенья роз прости рабу его проступки, –
Пусть радуется кипарис и весело ручей струится!

О Ты, чей путь меня привел к желанной влаге высшей цели, –
Хотя бы каплей должен ты со мной, ничтожным, поделиться!

За то, что никогда глаза не видели красу кумиров,
Да будет мне теперь дана от Божьей милости частица!

Когда подруге поутру нальёшь вино, скажи ей, кравчий:
«Хафизу чашу подари, – всю ночь не спал он, чаровница!»

(Пер. С. Липкина)

Вот что Гёте написал:

Девой – слово назовём,
Новобрачным – дух:
С этим браком тот знаком,
Кто Гафизу друг.

После "Газели о ниспослании поэтического дара" начала распространяться молва о Хафизе, он стал приобретать известность, стал получать приглашения ко двору, иногда пользовался покровительством правителей, но не обогатился от этого, не стал придворным поэтом. За время его жизни сменилось несколько правителей. С некоторыми Хафиз ладил, посвящал им хвалебные произведения. Других критиковал, даже слагал стихи протеста. Вообще, вёл очень чистую нравственную жизнь и боролся за справедливость. Особенно обличал лицемерие и ханжество религиозных деятелей. Вообще, Хафиз много писал о конкретных лицах как хвалебные вещи, так и обличающие.

Ещё при жизни своей Хафиз пользовался всеобщим признанием как поэт.
Всю жизнь Хафиз прожил в Ширазе, где и родился. Там же и закончил свой земной путь.

Когда был собран сборник его стихов ( диван Хафиза ) уже после его ухода, то этот сборник был снабжён толкованиями смысла.
Диван Хафиза состоял из 418 газелей, 5 крупных касыд-панегириков, 29 кыта, 41 рубаи, 3 месневи. Это разные стихотворные формы, распространённые на Востоке. Самой популярной формой считается газель.

И в заключении ещё две газели.

* * *

Мы, Шемзеддин, со чадами своими,
Мы, шейх Гафиз и все его монахи, —

Особенный и странный мы народ.
Удручены и вечных жалоб полны,

Без устали ярмо свое влача,
Роняя перлы из очей горячих, —

Мы веселы и ясны, как свеча.
Подобно ей мы таем, исчезаем,

И, как она, улыбкой счастья светим.
Пронизаны кинжалами ресниц

Жестоких, вечно требующих крови,
Мы только в этих муках и живём,

В греховном мире вечно утопая,
С раскаяньем нисколько не знакомы,

А между тем, свободные от злого,
Мы вечно дети света, а не тьмы —

И тем толпе вполне непостижимы.
Она людей трёх видов только знает;

Ханжу, во-первых, варвара тупого,
Фанатика, с его душою мрачной,

А во-вторых – развратника без сердца,
Ничтожного, сухого эгоиста,

И, наконец, – обычной колеёй
Бредущего; но для людей, как мы,
Ей не найти понятья и названья.

* * *

Этот мудрый старик виночерпий, добром будь помянут,
Мне сказал: «Вот бокал – все невзгоды на дне его канут!»

Я ответил: «Боюсь – не пропить бы мне добрую славу...» –
«Пей! – велел мне старик. – Нюхай розы, пока не увянут».

Все уходит из рук в этом мире, на ярмарке этой,
Где тебе продадут пустоту, где тебя непременно обманут.

Где нельзя удержать ничего, к чему сердцем привязан,
Где и троны царей легким прахом со временем станут.

Да продлятся, Хафиз, твои дни! Пей вино и не слушай советов.
Прекратим этот спор – он и так уже слишком затянут.

(Пер. Г. Плисецкого)

Стихотворение Хафиза  "I Am Baffled About You" в исполнении Zohreh Jooya

 

Жанна Каитова, 31 марта 2012 года
Рериховский клуб Общества "Зов к Культуре"

 

Примечание (о стихотворных формах)

© На сайте выложены оригинальные материалы. Просим помещать ссылку на сайт при их использовании.

Комментировать

Внимание: комментарии публикуются после утверждения.