показать всё меню

Духовная биография Н. В. Гоголя

Введение

Почему мы сегодня говорим о Гоголе?
Прежде всего потому, что просвещённой части человечества дорого имя Водителя Культуры Николая Константиновича Рериха, который в своих трудах высветлял имена тех творческих личностей, которые служили Общему Благу, просвещая человечество на путях его эволюционного развития.

К таким личностям относит Н. К. Рерих и Н. В. Гоголя, и в 25 статьях, собранных в сборниках «Листы дневника», Николай Константинович говорит о нём с убедительностью истинного ценителя искусства и с высокого понимания значения Культуры как синтеза науки, религии, искусства. Рерих вспоминает Гоголя не только потому, что с детства любил его «высокую духовность и тонкую потусторонность» и «увлекался его исторической фантастикой», а потому, что Гоголь создавал «магниты высоко духовных взлётов» и «своими убедительными зовами складывал многие возможности» и «открывал врата в познавание жизни искусства» (ст. «Полвека»). В этих словах Рериха звучит высокая оценка Водителя Культуры значения Н. В. Гоголя для эволюции и для совершенствования человека.

По мнению Н. К. Рериха, Гоголь относится к тем художникам, которые «вставали как светлые вехи от прошлого к светлому будущему», которые давали бодрые напутствия, как идти к нему: «Всё вижу и слышу и тогда иду вперёд» (ст. «Напутствие»).

Изучающим философию Н. К. Рериха, понятны зовы сердца к культуре, её сохранению и служению ей.

Николай Константинович называл Гоголя «сердцеведцем», то есть ведающим сердцем, знающим сердцем. У Гоголя, писал Рерих, «найдём то, что спешно нужно для целений сердца народа в трудных путях его» (ст. «Сказки»).

Мыслитель и философ Рерих умел распознать и в Гоголе мыслителя и провидца. Николай Константинович считает Гоголя воином, который осознаёт, что призван на битву, и зовёт к ней. Это битва происходит в каждом человеке, в его сердце. В статье «Лихосчастье» Н. К. Рерих пишет, что существуют силы зла и «злобное сатанинство», что «не только в войнах разрушаются культурные сокровища. Ценнейшие сосуды разбиваются в судорогах сатанизма». А сосуды эти – человеческие сердца и судьбы. «Не приспело ли время обратиться к вечным панацеям Добра и Света, к законам Божеским, что бы отогнать приступы сатанизма?» - спрашивает у нас Рерих.

Гоголь, как никто, созвучен Николаю Константиновичу на путях служения Культуре, Искусству, Прекрасному. Но, чтобы служить, надо и самому быть чистому и светлому, – так считает Гоголь и этому посвящает свою жизнь и труды. Как ему это удалось, попробуем понять. А сам Гоголь считал, что его сочинения самым непосредственным образом связаны с его духовным образованием и самосовершенствованием.

Биография

Гоголь родился 19 марта 1809 года в местечке Великие Сорочинцы Миргородского уезда Полтавской губернии в семье помещиков Василия Афанасьевича и Марии Ивановны.

Гоголь был ребёнком вымоленным матерью перед иконой Николая Угодника и назван в его честь, перед его рождением у матери уже умерло двое детей.

Впоследствии в селе Васильевка была построена своя каменная церковь Рождества Пресвятой Богородицы по обету, данному матерью Гоголя за сына.

В роду Гоголя были люди духовного звания: прадед его по отцовской линии был священником, дед закончил Киевскую Духовную Академию, а отец – Полтавскую семинарию, что не помешало ему стать актёром любительского театра. От отца у Гоголя и юмор и литературная наследственность, но он скончался в 1825 году, когда Николаю было 16 лет, а матери всего 34 года.

Мать – Мария Ивановна, отличалась набожностью и после смерти мужа она до конца жизни носила траур и выглядела, как монашенка. В семье соблюдались религиозные обычаи и традиции и было принято посещать святые места в Воронеже, Киеве и другие и по преимуществу пешком.

Первый учитель Николая был семинарист, нанятый в дом, а уже с девятилетнего возраста он живёт вне дома. Учится Гоголь сначала в Полтаве в уездном училище, потом в гимназии, а в 1821 году поступает в Гимназию высших наук в Нежине. Обучение в Гимназии предусматривало и программу религиозного воспитания, которое по строгой дисциплине и быту напоминало монастырь. Была здесь и домовая церковь, и общий духовник, утренние и вечерние молитвы и чтение книг духовного содержания.

Гимназия в Нежине заложила основы духовного образования Гоголя. В гимназии преподавал широко образованный протоирей Павел Волынский, который, помимо основного курса богословских наук, читал и курс нравственного богословия, знакомя воспитанников с творениями святых отцов и учителей церкви: Василия Великого, Иоанна Златоуста, Исаака Сирина и др.

Первые литературные и сценические успехи начались уже в гимназии, там же проявилась и любовь, и вера в Бога.

В 1825 году умирает отец, Гоголю 16 лет, и это было сильнейшим потрясением для молодого и тонко чувствующего юноши и оставило след на всю его жизнь. Он пишет матери письмо из Нежина, в котором предельное отчаяние («хотел даже посягнуть на свою жизнь»), переходит в глубокую покорность воле Божьей: «Я сей удар перенёс с твёрдостью истинного христианина…Благословляю тебя, Священная вера! В тебе только я нахожу источник утешения и утоление своей горести!» (1).

С этих пор в миросозерцание Гоголя входит мысль о неизбежности смерти. Много позднее, объясняя матери причины, побудившие его написать завещание в «Выбранных местах из переписки с друзьями», он пишет:
«Память смертная – это первая вещь, которую человек должен ежеминутно носить в мыслях своих» и ещё: «Постоянная мысль о смерти воспитывает удивительным образом душу, придаёт силу для жизни и подвигов среди жизни» (4).

Подобные философские мысли будут только развиваться и укрепляться, и Гоголь будет ими делиться и с матерью, и с сёстрами: Анной, Елизаветой и Ольгой.

После окончания Гимназии Гоголь в конце декабря 1828 года из Нежина переселяется в Петербург и окунается в водоворот деятельности, имея благие намерения послужить Отечеству. Но Петербург, с его дороговизной жизни, несколько охладил его пыл, и через несколько месяцев он бежит за границу в Любек, где как-то сразу отрезвляется, задумывается над собой и об этом пишет матери: «Часто я думаю о себе, зачем Бог, создав сердце, может, единственное, по крайней мере редкое в мире, чистую, пламенеющую жаркою любовью ко всему высокому и прекрасному душу, зачем Он одел все это в такую страшную смесь противоречий, упрямства, дерзкой самонадеянности и самого униженного смирения?» (2).

Распознав в себе всю противоречивость характера, Гоголь возвращается в Петербург и пробует свои силы в разнообразнейшей деятельности: чиновника, актёра, художника-декоратора, продолжает заниматься по вечерам в Академии Художеств и подрабатывает уроками. В печати Гоголь дебютировал дважды. Сначала как поэт, но получил отрицательную критику. Второй дебют был в прозе и сразу вывел Гоголя в число первых литераторов России. В 1831–1832 годах вышел в свет цикл повестей «Вечера на хуторе близ Диканьки», о котором одобрительно отозвались и Пушкин, и императорский двор.

Гоголь входит в круг Пушкина, Жуковского, знакомится в Москве с известными издателями: Погодиным, Щепкиным, Аксаковым, дружит с Брюлловым. Жизнь, казалось бы, кипит, но из писем друзьям узнаём, как не проста его жизнь. «Ум в странном бездействии: мысли так растерянны, что никак не могут собраться в одно целое», – жалуется он своему другу Данилевскому (3). Гоголь, как всякий творческий человек, постоянно переживает периоды подъёма и спада. Напряжение спада, вызванное, как правило, замыслами самыми разнообразными, порой парализовавших друг друга, были очень мучительны, как мини кризисы, но они предшествовали новому подъёму творческой активности. Такой подъём наступил в 1834–1836 годах, и Гоголь в лирической заметке, посвящённой новому, наступающему 1834 году пишет: «Таинственный, неизъяснимый 1834! Где означу я тебя великими трудами?.. Я не знаю, как назвать тебя, мой Гений!.. О, не разлучайся со мной! Я совершу... Я совершу. Жизнь кипит во мне. Труды мои будут вдохновенны... Над ними будет веять недоступное земле Божество! Я совершу!.. О, поцелуй и благослови меня» (5).

За следующие два года Гоголь создаёт или задумывает всё, что ему дано было создать. Один за другим появляются рассказы Гоголя, издаются сборники «Арабески» и «Миргород», куда вошли такие произведения, как «Портрет», «Тарас Бульба», «Вий» и другие, а также научные и исторические статьи. В это же время начаты «Мёртвые души» и «Ревизор». Белинский провозглашает Гоголя главой русских поэтов.

В пору творческой зрелости невозможно обойти статью «Женщина», где Гоголь пишет: «Мы зреем и совершенствуемся: но когда? когда глубже и совершеннее постигаем женщину?» И дальше: «Что такое любовь? – Отчизна души... Когда душа потонет в эфирном лоне души женщины, когда отыщет в ней своего отца – вечного Бога... тогда она повторяет в себе прежние звуки, прежнюю райскую в груди Бога жизнь»(6). Вот такая его философия любви в этот период. Гоголь очень хорошо понимал, что это за пламя – любовь, и боялся, что оно может превратить в прах любого в одно мгновение. Гоголь хочет понять, в чём же тайна красоты, и в повести «Невский проспект» даёт такой ответ: красота – божественного происхождения. Гоголь поднимает красоту на пьедестал, она – как мечта художника, но при этом понимает, что в жизни «существует вечный раздор мечты с существенностью»(7), так как мир пребывает во зле и силы тьмы пытаются овладеть душами людей, а художник должен это осознавать.

В конце 1835 года Гоголь увольняется в отставку из Университета, где преподавал 1,5 года историю, и полностью посвящает себя литературе и театру. 1836 год Гоголь называет «великим переломом, великой эпохой моей жизни» (8). В чём же она?

В апреле 1836 года состоялась премьера «Ревизора» на сцене Александрийского театра, на которой присутствовал и Государь Николай Павлович, разрешивший пьесу к постановке и печатанью. «Ревизор» взорвал общество и разделил его, а Гоголь испытал недоумение и боль по поводу всех рецензий. В последующем он разъяснил в «Развязке Ревизора» смысл этой пьесы: «Что̀ ни говори, но страшен тот ревизор, который ждет нас у дверей гроба. Будто не знаете, кто этот ревизор? Ревизор этот наша проснувшаяся совесть, которая заставит нас вдруг и разом взглянуть во все глаза на самих себя». Такой же глубокий духовный смысл имеет и поэма "Мертвые души», в которой Гоголь хотел показать, как можно, изменяя внутреннюю суть человека, прийти к изменению мира, духовному развитию всего человечества. Гоголь жил в заботе о духовном развитии человека. В предсмертной записи «Друзьям моим» Гоголь писал:  "Будьте не мертвые, а живые души. Нет другой двери, кроме указанной Иисусом Христом…" Перенапряжение всех сил у Гоголя было так велико, а страсти вокруг «Ревизора» так накалились, что он, можно сказать, спасается бегством за границу в 1836 году. Постепенно Гоголь приходит в себя от шума за «Ревизора» и начинает оценивать своё творчество с новой точки зрения. Его сознание растёт от понимания своей ответственности перед обществом. Он как бы осознал вдруг смысл своей жизни и понял, что надо начинать с себя, искоренять недостатки сначала в себе, чтобы быть понятым другими. "Говорить и писать о высших чувствах и движеньях человека нельзя по воображенью, – пишет Гоголь в «Авторской исповеди», – нужно заключить в себе самом хотя небольшую крупицу этого, – словом, нужно сделаться лучшим". Я думаю, вполне обосновано можно назвать этот «перелом» сдвигом сознания. В письме к Жуковскому есть такие строки: «Кто-то незримый пишет передо мною могущественным жезлом» (10). Гоголь признаёт руководство незримое и желает сделаться лучше, то есть самосовершенствоваться, и это будет руководством к дальнейшим действиям. От одного только устремления к лучшему в себе, то есть к духу, его состояние моральное приходит в равновесие и уже «в душе небо и рай» (11).

В Риме он живёт среди художников, изучает изящные искусства, учится живописи, много работает над своими произведениями: завершает первый том «Мёртвых душ» и начинает второй, в котором размышляет о духовном «небесном братстве» русского народа, верит, что всякий русский человек способен «вдруг» «поступить в рыцарство»(12).

Но как всё в жизни, за радостью – огорчения, за взлётами – падение, – законы ритма неотвратимы. Важно это понимать и не отчаиваться. Гоголь в полной мере проходит эти уроки-испытания, о чём в будущем будет делиться в переписке с друзьями.

Следующее испытание косвенно связано со смертью его близкого друга, угасшего от чахотки, и одновременно с вдохновением необычайной напряжённости. Утончённый Гоголь, сидя у постели больного, и наблюдая за процессом угасания жизни, конечно, снова заболевает. «Я испугался, – пишет Гоголь Погодину, – к этому присоединилась болезненная тоска, которой нет описания» (13). Это Гоголь называет страхом смерти и даже пишет завещание и готовится к ней. Но в то же время идёт внутренняя напряжённая работа над отдельными главами первого тома «Мёртвых душ», пишет повесть «Шинель», перерабатывает «Тараса Бульбу», набрасывает «Трагедию из истории Запорожья». Всё вместе и создаёт чрезмерное напряжение, что снова приводит к болезни.

Происходит ещё один опыт изменения сознания. У Гоголя были видения и, может быть, даже озарения, после которых он понял, что совершенно здоров. Ему высветились новые возможности, он понял, что жизнь ему дана не просто так, и что она не будет бесполезна. В письме к А. А. Иванову Гоголь сознаётся, что исцелился благодаря чудной силе Бога, и что много необычного произошло в его мыслях и жизни, и теперь его жизнь будет только благодарным служением Богу. Такая конкретная духовная устремленность Гоголя стала приобретать ясные и жизненные формы, что не могли не заметить его друзья, – он стал другим. Аксаков заметил, что Гоголь часто находился в состоянии «высокого настроения», то есть вдохновения, и которое казалось необычным среди его окружения. А Анненков П.В. считал, что Гоголь, уже стоит на «рубеже нового направления, и принадлежит двум различным мирам», то есть миру высшему, где живёт дух, и миру физическому, где страдает тело.

Сам Гоголь всегда подчеркивал цельность и неизменность своего пути и внутреннего мира. В "Авторской исповеди" он писал, отвечая на упреки критиков к "Выбранным местам из переписки с друзьями: «Я не совращался с своего пути. Я шел тою же дорогою… – и я пришел к Тому, Кто есть источник жизни». Всё это свидетельствует, что процесс самосовершенствования у Гоголя шёл непрерывно и с нарастающим успехом и, конечно, сопровождался желанием уединения, а не светской жизни. Об этом свидетельствуют письма 40-х годов и к А. С. Данилевскому, и к М. П. Погодину, и к Н.М. Языкову.

Позже появится статья «Чей удел на земле выше», вошедшая в «Выбранные места из переписки с друзьями». Гоголь принимается за систематическое чтение книг духовного содержания. Книга «Добротолюбие» становится настольной, читает и Фому Кемпийского «О подражании Христу», изучает и западное богословие. Он делает выписки в тетради и зачитывает тексты друзьям. В «Авторской исповеди» Гоголь так писал об этой эпохе своей жизни: «Я оставил на время все современное, я обратил внимание на узнанье тех вечных законов, которыми движется человек и человечество вообще». Гоголь искал пути, что бы стать духовным писателем, а это было не просто, так как всё, что касается духовной жизни человека, его внутреннего мира, находилось в ведении церкви и церковной литературы.

Результатом таких раздумий явились духовно-нравственные сочинения «Правило жития в мире» и «О тех душевных расположениях и недостатках наших, которые производят в нас смущение и мешают нам пребывать в спокойном состоянии». Эти сочинения предваряли «Выбранные места из переписки с друзьями». Гоголь много работал и над стилем этих сочинений, в которых сливались бы духовные проповеди и литературно-художественный и народный языки. Мысли об истинно русском языке, который «незримо носится по всей Русской земле» легли в основу статьи о существе русской поэзии «В чем же, наконец, существо русской поэзии и в чем ее особенность». Параллельно с новыми сочинениями Гоголь трудится над вторым томом «Мёртвых душ», но писание идёт медленно, так как одновременно идёт воспитание души, когда требуется самоконтроль и духовная дисциплина. Теперь писать он мог только под водительством духа, а всякое насилие над собой вызывало болезненные состояния и приводило к очередному кризису. «Тягостнее всего беспокойство духа, с которым трудней всего воевать», пишет он Языкову в этот период (14).

В 1845 году разразился очередной кризис. Как бы опять предчувствуя смерть, Гоголь пишет духовное завещание, впоследствии включённое в «Выбранные места из переписки с друзьями» и сжигает рукопись второго тома «Мёртвых душ». О причинах сожжения он писал: «Бывает время, когда нельзя иначе устремить общество, или даже все поколенье, к прекрасному, пока не покажешь всю глубину его настоящей мерзости; бывает время, что даже вовсе не следует говорить о высоком и прекрасном, не показавши тут же ясно, как день, путей и дорог к нему для всякого» (15). Гоголь хочет оставить литературное поприще, несмотря на то, что от Государя Николая Павловича был назначен трехгодичный пансион, и поступить в монастырь. Этот кризис, видится, был следствием внутреннего конфликта между духовными устремлениями к истинной христианской жизни и писательским даром.

Отражение духовной жизни Гоголя 1840-х годов можно найти во второй редакции повести "Портрет". «Кто заключил в себе талант, – пишет в нём Гоголь, – тот чище всех должен быть душою. Другому простится многое, но ему не простится". В этой повести он как бы обозначил свой путь художника через подвиг изменения сознания, через внутреннее преобразование себя. Напряженная внутренняя жизнь этих лет отразилась и на внешнем облике Гоголя. Анненков вспоминал, что Гоголь приобрел особенного рода красоту, и это была красота мыслящего человека, философа.

В начале 1847 года выходит в свет книга Гоголя «Выбранные места из переписки с друзьями». Она выросла из опыта его испытаний изменения сознания и внутренней работы по самосовершенствованию, она были результатом всего его душевного воспитания и предназначалась на помощь другим страждущим. Это первая книга, в которой он посмел заговорить о самом существенном: о Боге, душе и Пути человека, России и всего мира. Здесь всё его мировоззрение. Гоголь стремился к преобразованию общества через преобразование человека.

В статье «Нужно любить Россию» Гоголь пишет: «Нужно вспомнить человеку, что он высокий гражданин высокого небесного гражданства». Гоголь напоминает о единстве небесного и земного и выступает здесь как проповедник и духовный учитель, знающий путь спасения. Свою книгу Гоголь назвал «исповедью человека, который провёл несколько лет внутри себя». Центральное место в книге занимает глава «Просвещение».

«Просветить, – пишет Гоголь, – не значит научить, или наставить, или образовать, или даже осветить, но всего насквозь высветлить человека во всех его силах, а не в одном уме, пронести всю природу его сквозь какой-то очистительный огонь». Без духовного просвещения, по Гоголю, не может быть никакого света, и что именно Россия призвана нести по миру этот Свет Христова Просвещения. Ему резко возразил Белинский в своём знаменитом Зальбруннском письме, что спасение России в успехах цивилизации, просвещения и гуманности. Белинский признаёт только внешние государственные методы преобразования общества, а Гоголь призывает к перевоспитанию души, то есть методы внутренние, психологические. Можно сказать, что для Белинского – бытие определяет сознание, а для Гоголя – сознание определяет бытие. В таком противостоянии победу одержал Белинский. Начиналась эпоха отречения от духа и погружения в материю, эпоха сумерек культуры в её истинном понимании. Вокруг Гоголя сложилась атмосфера трагического непонимания.

Гоголь вступает в последнее испытание – испытание богооставленностью. В письме к Иннокентию, архиепископу Херсонскому, Гоголь пишет: «Я дал себе слово остановиться писать, видя, что нет на это воли Божьей. Говорить о мелком и ничтожном в жизни не хочется; говорить же о высоком,– но тут на всяком шагу встретишься со Христом и можешь наговорить нелепостей» (17).

Состояние Гоголя усугубляется сомнением в своей вере, молиться в таком состоянии он тоже не может, но всё же решается отправиться в Святую Землю, о чём предупреждал ранее в предисловии к «Выбранным местам из переписки с друзьями». По возвращении он меньше всего хотел об этом говорить, и многие были разочарованы. В Гоголе продолжалась внутренняя работа над собой, и некоторые друзья это заметили и отмечали, что его внутренние успехи выражаются в его внешнем спокойствии. Укрепить веру и обрести душевное спокойствие помог ржевский священник отец Матвей. Духовную высоту этого скромного батюшки-мужичка, Гоголь хорошо чувствовал.

Последние годы Гоголь прожил в аскетической бедности и бездомности, но дух его, несмотря на развивающуюся болезнь, был светел и душевное состояние радостно. Он продолжает трудиться над вторым томом «Мёртвых душ». Три года прошло со времени сожжения первой редакции второго тома, а в новой редакции Гоголь считал необходимым показать путь и дорогу к Прекрасному, то есть к Богу. Гоголь был готов к этой задаче.

К середине XIX века одним из центров духовной жизни России сделалась Оптина Пустынь. Началось издание святоотеческой литературы. Это была забота о духовном просвещении народа. Такую же цель имел и Гоголь. В Оптиной Пустыни Гоголь побывал трижды в 1850-1851 годах, а может быть и больше. Он писал ещё в 40-х годах: «Мне нужно ежеминутно, говорю вам, быть мыслями выше житейского дрязгу и на всяком месте своего странствия быть в Оптинской Пустыни»(18).

Посещение Оптиной Пустыни произвело на Гоголя глубокое впечатление: «Благодать видимо там присутствует, – писал он графу Толстому, – за несколько верст, подъезжая к обители, уже слышишь ее благоухание» (19).

Гоголь просит в Оптине «молитв» старцев о благополучном окончании сочинения «Мёртвых душ» на истинную пользу другим и на спасение собственной души, так как считает свой путь очень скользким и ему нужна поддержка молитвой со всех сторон.

К последним месяцам жизни относится окончание «Размышлений о Божественной Литургии». Много лет изучал Гоголь богословскую литературу и чин Литургий Восточной Церкви и хотел издать для народа без своего имени, только для поучения и пользы всех, своё сочинение под названием «Литургия». За три недели до кончины Гоголь пишет Жуковскому: «Помолись обо мне, чтобы работа моя была истинно добросовестна и чтобы я хоть сколько-нибудь был удостоен пропеть гимн Красоте Небесной» (20). Эти торжественные слова – как венец всей жизни Гоголя – ПРОПЕТЬ ГИМН КРАСОТЕ НЕБЕСНОЙ.

Гоголь скончался 21 февраля (4 марта) 1852 года.

Его уход и сожжение перед уходом второго тома «Мёртвых душ» вызвали много толков, однако высшим судьёй был Гоголь для себя сам. Он хотел написать свою книгу так, чтобы из неё путь к Христу был ясен для каждого. Свой талант, данный ему Богом, Гоголь хотел направить для прославления Бога и на пользу людям.

Его путь был путём истинного самосовершенствования и самоотрешения. Это был поиск пути служения Богу в жизни каждого дня.

Примечание

1) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т. 10. Письма 1820-1835, Гоголь – Гоголь М. И., 23 апреля 1825 г., Нежин, с. 53
2) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т. 10. Письма 1820-1835, Гоголь – Гоголь М. И., Любек, 13 августа 1829 года.
3) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т. 10. Письма 1820-1835, Гоголь – Данилевскому А. С., 8 февраля 1833 года.
4) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т.13. Письма 1846–1847, Гоголь – Гоголь М. И., 25 января н. ст. 1847 г., Неаполь, с. 194-195.
5) Гоголь. Сочинения. 1834-1952 г., с. 17.
6) Ранние статьи Гоголя 1831 – 1844 г., ст. «Женщина».
7) Н. В. Гоголь. «Невский проспект».
8) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т.11. Письма
1836-1841, Гоголь – Жуковскому В. А., 28 июня н. ст. 1836 г., Гамбург.
9) Н. В. Гоголь. Авторская исповедь. 1847 г.
10) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т.11. Письма
1836-1841, Гоголь – Жуковскому В. А., 12 ноября н. ст. 1836 г., Париж.
11) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т.11. Письма
1836-1841, Гоголь – Данилевскому А. С., 2 февраля 1838 г., Рим.
12) Н. В. Гоголь. Выбранные места из переписки с друзьями, ст. «Светлое воскресение».
13) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т.11. Письма 1836-1841, Гоголь – Погодину М. П., 5 (17) октября 1840 г., Рим.
14) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т. 12. Письма 1842-1845 г. Гоголь – Языкову Н. М., 1 мая н. ст. 1845 г., Франкфурт.
15) Н. В. Гоголь. Выбранные места из переписки с друзьями. 4-е письма к разным лицам по поводу «Мёртвых душ».
16) Н. В. Гоголь. Выбранные места из переписки с друзьями. Монастырь ваш - Россия
17) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т. 13. Письма 1846-1847 г., Гоголь – Архиепископу Иннокентию, около 8 июля н. ст. 1847 г., Франкфурт.
18) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т. 14. Письма 1848-1852 г., Гоголь – иеромонаху Филарету, 19 июня 1850 г., село Долбино.
19) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т. 14. Письма 1848-1852 г., Гоголь – Толстому А. П., 10 июля 1850 г., Васильевка.
20) Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти т. М.; Л., 1937-1952, т. 14. Письма 1848-1852 г., Гоголь – Жуковскому В. А., 2 февраля 1852 г., Москва.

 

Литература:

1. Рерих Н.К. Листы дневника. Т.1, 2, 3. - МЦР, "Мастер-Банк", М., 1999.

2. Гоголь Н. В. Полн. собр. Соч.: В 14-ти тт.. М.; Л., 1937-1952.

Из интернета:
К. В. Мочульский. «Духовный путь Гоголя». «Ymca Press». Париж. 1934;
В. А. Воропаев. Николай Гоголь. «Опыт духовной биографии»;
Письмо В. Г. Белинского к Н. В. Гоголю от 15 июля 1847 г.;
Н. В. Гоголь. Искусство есть примирение с жизнью

Таисия Пугачева. 26 октября 2013 г.
 

© На сайте выложены оригинальные материалы. Просим помещать ссылку на сайт при их использовании.

Комментировать

Внимание: комментарии публикуются после утверждения.