показать всё меню

Н. К. Рерих и А. П. Бородин. Опера "Князь Игорь"

Опера Александра Порфирьевича Бородина «Князь Игорь» прошла практически через всю жизнь Николая Константиновича Рериха. В разные десятилетия ХХ века брался Николай Константинович за оформление этой оперы.

Начиналось всё с «Русских сезонов» С. П. Дягилева в Париже.
Н. К. Рериху было предложено для первых сезонов 1908-1909 годов оформить две оперы: «Псковитянку» Н. А. Римского-Корсакова и «Князя Игоря» А. П. Бородина. По этому поводу он делился с московскими корреспондентами: «Очевидно, какая-то судьба начинать мне всё из-за границы. Начнём там "Игорем"» (Письмо Н. К. Рериха к Ю. Б. Беляеву от 20.11.1908 г.) (1).

Приготовления к спектаклям начались ещё в России. В Мариинском театре под руководством С. В. Фокина шли репетиции «Половецких плясок», и Рерих был на всех репетициях и работал и с режиссёром – постановщиком оперы «Князь Игорь» А. А. Саниным, и с Фокиным, и с артистами.

Обращение Рериха к оформлению оперы «Князь Игорь» можно считать закономерным.
А. А. Санин, приглашая Н. К. Рериха к работе над оперой писал: «Ты в этой опере будешь велик. Если бы ты не существовал, тебя надо было бы для Игоря выдумать и родить». И Санин знал, что говорил.

Темы Древней Руси и Востока всегда волновали Николая Константиновича, а музыка Бородина создавала простор для творческого выражения.

Эти темы развивались в творчестве Николая Константиновича с молодых лет и всячески поддерживались и поощрялись В. В. Стасовым, к мнению которого, конечно, прислушивался молодой выпускник Академии Художеств. А имя А. П. Бородина было хорошо известно всему культурному слою общества и служило даже жизненным примером для педагогической деятельности Н. К. Рериха. В своей первой лекции в Императорском Археологическом институте Николай Константинович упоминает имя Бородина наравне с Леонардо да Винчи как пример сочетания единства знаний искусства и науки. Вообще много общего у таких талантливых людей как Рерих и Бородин: основательность и глубина знаний, проникновение в образ, истинное служение искусству и науке, то есть – служение Культуре.

Николай Константинович с радостью принял предложение режиссёра Санина и тщательно подготовился к постановке оперы.

Оформление оперы «Князь Игорь» возвело Н. К. Рериха в ранг выдающихся театральных живописцев. В. А. Серов и А. Н. Бенуа отметили успех его эскизов, демонстрировавшихся позже на выставках. Николай Константинович вспоминал, что именно после успеха «Игоря» Бенуа назвал его работы «барсовыми прыжками» и этот «отзыв был верхом похвалы» (Рерих Н. К. «Встречи») (2).

Несмотря на то, что Рерих подготовил эскизы декораций и костюмов ко всем четырем действиям оперы, сценическое осуществление в силу сложившихся обстоятельств в первые «Русские сезоны» в Париже получила только часть оперы, которая шла под названием: "Вокально-танцевальная сюита «Половецкие пляски»". Позже, вспоминая о первом «Русском сезоне», Николай Константинович писал, что два эпизода из Дягилевской постановки в Париже незабываемы – это дружба с Саниным и благодарность Шаляпина за костюм для него в роли хана Кончака. «Скифо-монгольский костюм умел надеть Шаляпин» (Рерих Н. К. «Встречи») (2).

Полная версия оперы «Князь Игорь» была показана в Лондоне, в программе «Большого сезона русской оперы и балета» в 1914–1915 годов. Это была уже новая сценическая версия режиссёра Санина, и помочь ему мог только Рерих – необходимо было придать произведению «предельную выпуклость», и Рерих, по словам Санина, отлично с этим справился (Воспоминания А. А. Санина: «Мои встречи с Бернандом Шоу и Кропоткиным») (1).

Н. К. Рерих предоставлял свои эскизы только для воспроизведений декораций на сцене, а потом они участвовали в выставках и раскупались музеями и коллекционерами. После успеха в Лондоне А. А. Санин писал Н. К. Рериху:
«Сейчас мне хочется сказать тебе, богатырь, несколько слов. Конечно, на нашей «кухне» не всё ладно, остались и разочарования, и досада, и даже порой злость. Но надо же отвлечься, посмотреть на дело шире, с высоты орлиного взмаха. Не преувеличиваю, говорю тебе: громадное культурное дело вершится. Я всё думаю: в XII веке мы ходили ещё на половцев, а сейчас учим, покоряем, буквально покоряем Европу.
Англия вся довольная, богатая, благополучная, ушедшая вся в технику… Живёт без тоски, ярких красок, музыки, поэзии. А наша жизнь, наоборот, не красна, но искусство молодо, ярко, самобытно двигает весь мир. Гордая Англия оцепенела. Из страны Достоевского и Толстого пришел ещё совсем молодой народ, принёс свой «гений», пришёл со своей «позой», глубоко выстраданной, тоскующей, страстной, алкающей, вздымающейся до голубого неба, пришёл с честным открытым лицом и стал искать перед изумлённой толпой своего Бога, стал искать его стихийно, могуче.
Искусство наше потому велико, что оно нравственно, высоко человечно….
Думаю в последние минуты о тебе, о твоём искусстве, о твоих работах, о твоей влюблённости в наше прошлое, историю, о твоих иконах и картинах». (Письмо А. А. Санина к Н. К. Рериху) (2)

Конечно, тема оперы близка Н. К. Рериху, ведь в ней за основу взято «Слово о полку Игореве» – наследие Древней Руси XII века. «Слово» было написано в особый период Русской истории. Киевская Русь не была государством в современном смысле. Киевский князь был среди других князей лишь «первым среди равных». А рядом с Русью жила по ещё непознанным законам Великая Степь. Русичи то воевали со степняками, то мирились, заключали браки со степными красавицами. Сильны были русичи – утихала Степь. Слабела, дробилась Русь – и волны набегов терзали пограничные земли.

Автор «Слова» не скрывает, что целью похода Игоря было не столько усмирение половцев, сколько желание показать свою доблесть и установить контроль над крепостью Тмутаракань – на берегу Чёрного моря. Одновременно автор подчёркивал, что раздор и междоусобицы – бич Русской Земли.
В «Слове» много загадок, и одна из них – образ Ярославны. Она символ женской красоты, нежности, женского героизма и верности. И если Игорь принадлежит истории, то образ Ярославны – вне времени и пространства.

Главная идея «Слова» – единение.
События, описываемые в «Слове», происходят менее чем за тридцать лет до нашествия татар. Поражение в битве потерпели русские князья именно потому, что не сумели научиться действовать согласованно, научиться единству.

Идею использования «Слова» в качестве сюжета для оперы «Князь Игорь» А. П. Бородину предложил В. В. Стасов.

Таким образом, и для Н. К. Рериха, и для А. П. Бородина В. В. Стасов сыграл определённую роль в развитии темы Востока, в поисках связей Древней Руси с Востоком. И каждый из них преуспел в этой теме.

Краткая творческая биография А. П. Бородина

Бородин Александр Порфирьевич родился 31 октября 1833года в Петербурге, записан сыном дворового человека Порфирия Бородина, то есть был крепостным своего отца князя Луки Гедианова, прямого потомка хана Гедея, пришедшего на Русь ещё во времена Ивана Грозного. С раннего детства он отличался необыкновенными способностями: самоучкой научился играть на флейте, виолончели, фортепьяно, пробовал сочинять музыку для этих инструментов. Одновременно развивалась и страсть к химии.

В 9 лет сочинил польку, с двенадцатилетнего возраста он учился вместе с М. Р. Щиглевым, впоследствии известным преподавателем музыки. Товарищи переиграли в 4 руки все симфонии Гайдна и Бетховена и особенно увлекались Мендельсоном. В 13 лет Бородин сочинил концерт для флейты с фортепиано и исполнял его с Щиглевым. Чтобы ознакомиться с камерной музыкой, Бородин брал уроки игры на виолончели у Шлейко, после чего сочинил небольшое трио для двух скрипок и виолончели на темы из оперы "Роберт-дьявол" Дж. Мейербера.

Как сын крепостного, он не имел права учиться ни в гимназии, ни в университете, потому получил домашнее образование. Поступив в 1850 году вольнослушателем в медико-хирургическую академию и занимаясь науками очень прилежно, Бородин не оставлял и музыки.

Работая по окончании курса во втором военно-сухопутном госпитале, Бородин познакомился с Мусоргским – семнадцатилетним офицером лейб-гвардии Преображенского полка, дежурившим в госпитале. Мусоргский был уже знаком с Балакиревым и другими молодыми композиторами.
По окончании академии, в 1860 году, Бородин поехал на стажировку в Европу и одновременно участвовал в конгрессе химиков вместе с Менделеевым и Зининым. С тех пор молодой учёный Бородин стал известным мировому научному сообществу.

В Гейдельберге он познакомился с Екатериной Сергеевной Протопоповой, талантливой пианисткой; она много играла ему Шумана, Шопена и Листа. В 1863 году она стала его женой. Высоко ценя композиторский талант мужа, она имела на его творчество самое благотворное влияние. Сохранилось много писем Бородина к ней, в которых он давал подробные отчеты о своей жизни и своем творчестве. Громадное значение имело для Бородина знакомство с М. А. Балакиревым и его кружком. Балакирев познакомил Бородина с выдающимися композиторами Запада, анализируя их форму, технику, оркестровку и уча, таким образом, на практике теории композиции.

Под влиянием М. А. Балакирева, В. В. Стасова, а также общения с А. С. Даргомыжским, сложились музыкально-эстетические взгляды Бородина как последователя М. И. Глинки. Бородин перешёл на широкий путь композиторского мастерства. Первым произведением, где выразилась крупная индивидуальность Бородина, была его первая симфония, законченная в 1867 году. В ней выступили ярко два главных элемента в творчестве Бородина – русский и восточный.

Разносторонняя одарённость и серьёзная отдача всех сил каждой стороне творчества требовала постоянного напряжения, но Бородин, казалось бы, его не замечал. Он стремился приносить пользу везде, где возможно, всегда был полон жизни и энергии.
Современники писали о том, сколько ему досталось даров – и могучий разум учёного, и гений композитора, и литературное дарование. Ни одного таланта он не зарыл в землю, всё развил и отдал своему народу.

Бородин принимал активное участие и в общественной жизни. Он был основателем женского образования в России и прекрасным педагогом. Он читал лекции на женских курсах врачей, на которых преподавал 15 лет и там же организовал хор. В письмах он писал: «Дела женских курсов дают нравственное удовлетворение, совершенно отвечающее ожиданиям».

Вклад Бородина в науку – тема отдельного разговора.

Бородин совмещал в себе то, что обычно считают несовместимым – науку и искусство.
Каждое его музыкальное произведение становилось событием музыкальной жизни России. Энергией постоянного напряжения создавались одновременно значительные музыкальные произведения и важные работы в химии. Богатырским было всё то, что он сотворил, все те горизонты, которые он себе очертил, все те образы, над которыми он работал.

А работал он основательно, как бы не спеша: Первую симфонию писал пять лет, Вторую – «Богатырскую» – семь лет, а оперу «Князь Игорь» создавал восемнадцать лет.

Бородин считается одним из основателей классических жанров симфонии и квартета в России. Он не только мастер инструментальной музыки, но и тонкий художник камерной вокальной лирики. Всем известна его элегия на слова Пушкина «Для берегов отчизны дальней». Он первым ввёл в романс образы русского богатырского эпоса. В общей сложности им написаны три симфонии и четыре оперы и многочисленные произведения для фортепьяно и для голоса и фортепьяно.

Его литературный дар проявлялся в сочинениях стихов к произведениям для голоса и фортепьяно и в отдельных эссе. Известно его эссе о Ф. Листе, с которым Бородина связывала дружба. Бородин вошёл с Листом в личное общение, будучи за границей в 1877 и 1881 годах, о чём он очень живо и увлекательно рассказывает в своих письмах к жене и в статье «Лист у себя дома в Веймаре».

Как часто бывает в жизни, все дела, все стороны жизни, одновременно сходятся. Творческое напряжение достигает своей кульминации. Болезнь жены, научные, общественные, педагогические дела – всё требовало его непосредственного участия. Из последних сил Бородин торопился завершить «Князя Игоря» – первую русскую героико-эпическую оперу. Внезапный уход с земного плана в 1887 году оборвал работу над оперой в самом разгаре.

Оперу дописывали в течение трёх лет его друзья: Римский-Корсаков и Глазунов. Конечно, в черновиках опера была набросана, и Бородин её даже проигрывал друзьям. Глазунов, обладавший феноменальной музыкальной памятью, восстановил недостающие эпизоды, а Римский-Корсаков их оркестровал, сохраняя стиль Бородина.

Первая постановка оперы была в 1890 году в Мариинском театре. Это был триумф произведения, автора и братства музыкантов.

Работа над оперой заняла у Бородина долгие 18 лет, но не столько из-за его занятости, сколько по причине самого характера настоящего учёного, требующего основательности во всём, внимания к деталям и подробностям.

Бородин съездил в Курскую губернию посмотреть Новгород-Северский и Путивль, изучил Ипатьевскую летопись и «Задонщину», побывал и в поволжских степях. Для создания музыкальных образов половцев изучал эпос и лирику тюркских народов, через друзей изучил мелодии, записанные у потомков половцев, живущих в Венгрии.

Кроме того, Бородин писал не только музыку, но им написаны либретто и текст. Это либретто обладает особой ценностью. В ходе работы возникали и изменения по отношению к «Слову о полку Игореву»: так появился князь Владимир Галицкий как квинтэссенция всего отрицательного, что существовало в русских князьях; сцену с затмением Бородин переносит к моменту выступления из Путивля, что бы показать отношение Игоря к такому знаку; образ Ярославны в опере – главное действующее лицо, как и Игорь, вокруг неё происходят события, выявляются истинные лики окружающих – и героев, и подлецов; русский народ – действующее лицо оперы и потому сильны хоровые эпизоды; введены образы Степного Востока. Впервые на оперной сцене – кочевье, Великая Степь, Срединная Азия. Этот Восток предстаёт перед нами во всей своей сложности: хан Кончак – искренне симпатизирует пленнику; его дочь Кончаковна – страстно любит пленённого княжича Владимира и хитростью удерживает его в ставке хана. А в летописях она спустя год бежит на Русь с Владимиром и новорождённым сыном на конях через Степь.

Судьба оперы оказалась драматичной, как и сама жизнь в опере.

(Слушаем Увертюру к опере "Князь Игорь" А. П. Бородина  – в ней представлены все краски, мотивы и энергии, а потом познакомимся с содержанием оперы и с эскизами к ней, выполненные Н. К. Рерихом)

Содержание оперы и эскизы Н. К. Рериха

Опера написана в четырёх действиях с прологом. Впервые в полном объёме и в оформлении декораций по эскизам Н. К. Рериха шла в 1914 году в Лондоне.

Эскизы 1908 года, хоть и не получили сценического воплощения, также вошли в сокровищницу русского театрально-декорационного искусства.

Пролог
Эскиз «ПУТИВЛЬ»

На эскизе «Путивль» 1908 года мы видим огромный белый собор – незыблемый, простой и величественный. Воздвигнут он на небольшом зелёном холме, как бы инкрустированном камнями – валунами.
Ракурс зрения снизу и сбоку делает этот обобщённый образ древнерусского зодчества ещё более монументальным. Собор как будто не помещается в картину во всю высоту – не виден крест, завершающий горящий на солнце купол-шлем.
Тяжёлые и строгие деревянные стены крепости с двухъярусными сторожевыми башнями, пустынный пейзаж, чуть видный через раскрытые ворота, также подчёркивают торжественность, величие и простоту собора.
Первый план – подобие площади – совершенно свободен.
Сюда соберётся народ и станет величать Игоря, и отсюда дружина и рать выступят в поход.

Эскизы «Путивль» 1914 года, коренным образом, отличаются от эскиза 1908 года. За это время с 1908 по 1914 годы изменилась сама живописная манера художника Рериха, усилилась декоративность и стилизация, принятая в монументально-декоративном искусстве.

И мы видим вместо суровой лепки гладких стен – кружево узора портальной и абсидной стороны памятника. В нём угадываются черты Дмитриевского Собора города Владимира, и окружают его не крепостные стены, а городской пейзаж Путивля. Здесь прослеживается сходство с древне-русской иконописью.

Николай Константинович пишет ещё два эскиза «Путивля»: со спокойным небом и с тревожной чернотой затмения.

Тревожность и напряжённость происходящего действия подчёркивается и облаками, в которых отражены мысли – они летят, как стрелы, видна их направленность и цель. По небу пролетает и нечто напоминающее комету – тоже какой-то знак. Эти эскизы – настоящие станковые работы.

Одновременно с эскизами декораций разрабатывались и эскизы костюмов, разнообразие и характерность их трудно переоценить. Здесь и бояре, и народ, и князья, и воины (с 24 смотреть в приложении).

Содержание пролога:

Князь Игорь вместе с сыном Владимиром и своей боевой дружиной собираются в поход против половцев-кочевников, хищными набегами опустошающих русские земли. Народ величает Игоря, других князей, ратников и желает им победы.

Внезапно темнеет – начинается солнечное затмение. Народ и бояре видят в этом недобрый знак, дурное предзнаменование и советуют Игорю отложить поход. Умоляет князя остаться дома и его жена Ярославна. Но Игорь непреклонен. Он уверен в правоте своего дела – он идёт защищать Русь:

 

«Нам божье знамение от Бога,

К добру иль нет – узнаем мы,

Судьбы своей никто не обойдёт, чего бояться нам.

Идём за правое мы дело, за веру, Родину, за Русь!

Ужели нам без боя воротиться и путь открыть врагу?»

 

Князь прощается с женой, утешает её, убеждая не беспокоиться о нём, и ждать с победой. Заботу о Ярославне он поручает её брату, князю Владимиру Галицкому, которого оставляет своим наместником в Путивле.

 

Незаметно покидают дружину Игоря два ратника – Скула и Ерошка: они намерены перейти на службу к Галицкому.

С благословением Игорь и его дружина выступают в поход.

Действие первое в двух картинах

Картина первая
Эскиз «Двор князя Галицкого»

Задача эскиза показать средствами живописи характер героя, его жизнь. Эскизы 1909 и 1914 годов свидетельствуют, что Рерих искал такое решение, которое соответствовало бы музыкальному и драматическому содержанию первого действия.
Николай Константинович нашёл его в повышенной декоративности и дробности композиции, тем самым подчёркивая отсутствие цельности в образе князя Галицкого.

Здесь всё напоминает некоторую рисованность и легкомысленность жизни, красивость и яркость внешнюю, загруженность эскиза свидетельствует о бездуховности хозяина, стремящегося к власти.

 

Содержание первой картины:

За бранными столами, окружённый разгулявшейся челядью во главе со Скулой и Ерошкой, пирует князь Галицкий.
Ему мало власти – хотел бы сослать Ярославну в монастырь и, сместив Игоря, сесть князем в Путивле.
Во двор вбегают взволнованные девушки. Они упрашивают Галицкого освободить их подружку, уведённую дружинниками князя на потеху в терем. Но Галицкий гонит девушек прочь под пьяный хохот толпы.
Хмельной разгул достигает предела.
Скула и Ерошка вместе с расхрабрившимися бражниками, славя князя Галицкого, замышляют мятеж: «Мы Игоря сместим, Владимира посадим! Чего бояться нам?»

Картина вторая
Эскиз «Терем Ярославны»

Н. К. Рерих выполнил несколько вариантов терема Ярославны.

Как отличаются эти эскизы от эскизов двора князя Галицкого! Здесь видна строгость и простота быта, и одновременно изящная красота убранства комнаты.

Нежные и тонкие цвета говорят о духовности хозяйки, её внутренней сдержанности.
Всё работает на раскрытие образа Ярославны. Через узкое продолговатое окно хорошо видны освещённые солнцем купола церквей и крыши домов. По замыслу режиссёра А. А. Санина через окно терема Ярославны должна быть видна и «вся картина пожарища».

Содержание второй картины:

Неспокойно на душе у княгини. Тревожные сны и мрачные предчувствия не оставляют её ни днём ни ночью. Давно нет вестей от князя. А вокруг неё княжеские раздоры, смута, и даже родной брат Владимир замыслил крамолу в надежде сместить Игоря и княжить в Путивле.

Неожиданный приход девушек, которых Галицкий прогнал со двора, отвлекает Ярославну от горестных дум. Девушки ищут у княгини защиты от обидчика.Ярославна обвиняет брата в предательстве и измене, но не в силах справиться с ним. Призванный княгиней к ответу, Галицкий держится с сестрой вызывающе дерзко, угрожая ей и Игорю.

Пришедшие бояре приносят недобрые вести: рать Игоря разбита, сам князь Игорь с сыном в плену, русские князья погрязли в раздорах, а половецкие орды, между тем, идут на Русь. Встревоженная услышанным, Ярославна сама желает обо всём подробно допросить гонцов.

Тем временем Галицкий с челядью, пользуясь моментом, поднимает мятеж.

Тревожный гул набата возвещает об опасности – к Путивлю приближаются половцы. 
Бояре и народ полны решимости отстоять у врага свою землю.

Из воспоминаний режиссёра постановки оперы Санина можно судить о впечатлении, произведённом на зрителей этой сценой в тереме Ярославны: «Несчастье, нагрянувшее на терем, я связал с громадным, неудержимым, поистине трагическим метанием и движением всех обитателей терема, обезумевших вконец перед близостью и угрозой смерти. Настоящая картина «светопредставления». Удалось в этой сцене родить то «таинство» истинного искусства, которое творит всегда в театре «чудо» и захватывает зал».

Вот так проявляется синтез искусств, когда слились в творческом воплощении огненные энергии художника, композитора и режиссёра-постановщика.

Действие второе и третье
Эскиз «Половецкий стан»

Действие второе и третье переносят нас в половецкий стан – совершенно иной мир, иной уклад жизни. Музыка Бородина передаёт всё разнообразие характера половцев: созерцательность и страстный темперамент, мечтательность и томление, буйство фантазии, дерзкий порыв. Эта часть оперы под названием вокально-танцевальная сюита «Половецкие пляски» открывала первые «Русские сезоны» Дягилева в Париже в 1908-1909 годов. Н. К. Рерих очень тщательно готовился к первой постановке. Он исполнил множество вариантов декораций и костюмов к этому действию: тема кочевников, степи.

 

Тема Востока всегда волновала Николая Константиновича.

При незначительных различиях в композиции все варианты объединяет один и тот же мотив: вечерние сумерки, раскиданные на пологих холмах юрты с бунчуками, дым костров, поднимающийся к верху, и огромный небесный простор.

 

Небо в живописи Н. К. Рериха всегда активно и несёт смысловую нагрузку: красновато-коричневые переливы создают эффект раскалённого зноя и от солнечного заката, и от жара костров. Стан кочевников разместился среди долин и холмов вблизи неширокой петляющей реки.
На фоне рериховской декорации под аккомпанент полного оркестра один за другим следовали лирический хор, танец девушек-невольниц, воинственная пляска мальчиков. Завершалось всё общей исступлённо-ликующей пляской и хором, славящем хана.

«Впечатление от этой сцены и музыки было столь огромным, что на время даже забыли о Шаляпине, исполнявшего роль Кончака», – вспоминал участник «Русских сезонов» режиссёр С. Л. Григорьев.

 

В постановке танцев получила яркое воплощение стихия «скифства», неукротимого порыва, необузданности и стремительности ритмов. Хореография С.В.Фокина, музыка А. П. Бородина, эскизы декораций и костюмов Н. К. Рериха – всё в едином синтезе искусств отразилось в «Половецких плясках».

Эскиз костюма хана Кончака Николай Константинович подарил Шаляпину, а Фокину – эскиз костюма половчанина.

В эскизы 1914-1915 годов Рерих уже вносит некоторые изменения – меняется колорит. Это связано с новыми постановочными задачами режиссёра Санина, требовавшего усиления драматичности действия – ощущения томления в плену, жажды свободы, темы любви в плену. Рерих решает эту задачу, вводя новые краски в свои эскизы: появляются синевато-зелёные оттенки, усиливающие загадочность и таинственность южной ночной степи.

 

Теперь это не «вечерний», а «ночной» половецкий стан.

 Эскизы 1944 года создавались Рерихом уже в Индии, и это было новое толкование балета «Половецкие пляски».

Шла Вторая мировая война, и колорит эскизов в золотом сиянии неба предвещал торжество России.

Вот такую красочную сюиту эскизов создал Н. К. Рерих на тему «Половецких плясок».

 

Содержание второго действия:

В половецком стане идёт своя жизнь: пляшут половецкие девушки, пленники возвращаются с работы и девушки их угощают.

Кончаковна, дочь хана Кончака, страстно полюбила княжича Владимира Игоревича. У них любовь взаимная. Есть желание сыграть свадьбу, но Игорь не желает даже слышать о свадьбе в плену. Его ария «Ни сна, ни отдыха измученной душе» стала известна своей болью о Руси и её освобождении.
(Слушаем арию Князя Игоря «Ни сна, ни отдыха измученной душе»)


Неожиданно один из крещённых половчан предлагает Игорю бежать тайно: «Не для себя, а для Руси ты должен бежать».

Хан Кончак оказывает Игорю всяческие почести и даже предлагает ему уйти из плена с уговором, что тот не подымет меч на него.

Но Игорь не может это принять, честно признаётся, что снова соберёт полки и ударит на него.

 

Содержание третьего действия:

В ставке хана Кончака веселье. Все славят военачальника Гзака: «На свете нам подвластно всё, и на земле нет равных нам».

Княжич и пленные советуют Игорю бежать и спасать Русь.

Кончаковна хитростью удерживает своего возлюбленного, и бьёт в колокол, объявляя о побеге Игоря. Кончак, услышав о побеге, восклицает: «Вот молодец, я так же поступил бы, а княжича опутаем княжной», – и объявляет свадьбу.

(Видео «Половецкие танцы» из оперы «Князь Игорь» в постановке Мариинского театра).

Девушки невольницы поют песню:

«Улетай на крыльях ветра
Ты в край родной, родная песня наша,
Туда, где мы тебя свободно пели,
Где было так привольно нам с тобою.
Там, под знойным небом,
Негой воздух полон,
Там под говор моря
Дремлют горы в облаках;
Там так ярко солнце светит,
Родные горы светом заливая,
В долинах пышно розы расцветают,
И соловьи поют в лесах зелёных,
И сладкий виноград растёт.
Там тебе привольней, песня,
Ты туда и улетай».

Действие четвёртое
Эскиз «Плач Ярославны»

Мы снова переносимся в Путивль, к городской стене.
Эскизы «Плач Ярославны» проникнуты настроением скорби, тяжёлые мысли Ярославны плывут по небу, как птицы. В них ощущение беды и безотрадности. А навстречу им плывут и облака-мысли бегущего из плена Игоря и стучатся прямо в башню. Цветовая гамма усиливает монументальную тяжеловесность эскиза.

Содержание четвёртого действия:

Ярославна, потеряв всякую надежду на возвращение Игоря, поутру оплакивает его на городской стене.

Обращаясь к ветру, солнцу, Днепру, она ждёт от них ответа, где Игорь, что с ним?

Плачу Ярославны вторит горестная песня поселян, скорбящих о разорённой и выжженной земле.

Вдруг вдали княгиня замечает двух всадников. Это Игорь и Овлур. Наконец-то любимый, долгожданный муж.

Хмельные Скула и Ерошка, не знающие о возвращении Игоря, глумятся над своим князем, попавшим в плен. Неожиданная встреча с ним ошеломляет их.

Чтобы избежать заслуженного наказания, изворотливый Скула предлагает Ерошке первыми ударить в колокол и возвестить о прибытии князя.

Народ, сбежавшийся на звон колокола, радостно приветствует князя Игоря и других князей, которые прибыли в Путивль, готовые к единению:

«Время красное настало,
Знать, недаром князь приехал!..
Знать, пришла пора безделью нам!»

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Картина Н. К. Рериха «Поход Игоря»

Н. К. Рерих считал А. П. Бородина выдающимся деятелем своей Родины, о котором очень скудно рассказано в прессе. За год до начала Великой Отечественной войны Н. К. Рерих писал: «Лежит передо мною «Слово о полку Игореве». Само «Слово» как бы горестное, но оно лишь напоминает, как из беды встанет народ и неустанно начнёт строение. Великому народу русскому ничто не страшно. Всё он победит – и лёд, и жару, и глад, и грозу, и будет строить на диво».

В 1942 году Рерих пишет станковую картину «Поход Игоря».

Мы видим необычное сочетание красок. Диск солнца закрыт луной, но потемнела лишь самая верхняя часть неба. Большая часть неба залита золотым солнечным светом и это - радостный аккорд. Всякому затмению бывает конец!

Таисия Пугачёва, 18 февраля 2012 г.
Рериховский клуб Общества "Зов к Культуре"

Литература:
1. Яковлева Е. П. Театрально-декорационное искусство Н. К. Рериха.- Самара, «Агни»,1996.
2. Рерих Н. К. Листы дневника. Т.2 - МЦР, Мастер-Банк, М. - 1999.

3. Булахов М. Г. "Слово о полку Игореве" в литературе, искусстве, науке. Краткий энциклопедический словарь / Под ред. Л. А. Дмитриева. - Минск: Университетское. -1989.

Материалы в интернете:
- Музыкальная энциклопедия
- Википедия: Бородин А.П., Современники о А. П. Бородине, Опера «Князь Игорь»
- Константин Ковалёв-Случевский. Химическая формула музыки. А. П. Бородин.
  Заметки к биографии
ссылка

© На сайте выложены оригинальные материалы. Просим помещать ссылку на сайт при их использовании.

Комментировать

Внимание: комментарии публикуются после утверждения.