Каитова Жанна. Проза

 A nescire ad non esse*
От незнания к несуществованию

Осень выдалась хорошая – тёплая, золотая. В Кенсингстонских садах Лондона было многолюдно. Гуляющая публика нежилась в лучах всё ещё яркого солнца. И лишь два господина вносили в общую атмосферу небольшой диссонанс.

Они шли по аллее более энергично, чем основная масса гуляющих. Один из них в такт своей жаркой речи размахивал исписанным листком бумаги и иногда что-то читал из него. Второй молчал и снисходительно улыбался. Наконец он тоже заговорил:

Мой старомодный друг, ваши доводы о достоверности существования Божественных сил или некоего Высшего Разума, не выдерживают никакой научной критики. Вот вы приводите аргумент, что такое множество звёзд, планет и других космических тел не могли бы стабильно и стройно существовать во Вселенной миллиарды лет, если бы Высший Разум не подправлял их движение по орбитам.

Я бы сказал вам на это, что некоторые космические тела всё же сходят со своих орбит и терпят катастрофу. Но предвижу ваш ответ. Вы, конечно, заметите, что этот факт лишь подтверждает наличие Высшего управляющего Разума. Потому что сошедшая с орбиты планета, лети она бесконтрольно, должна была бы повлечь за собой нарушение орбит всего рядом находящегося.

Например, сошедшая со своей орбиты планета А толкает планету Б, которая в свою очередь толкает остальных и так далее. То есть нарушится движение всей системы, в которой они находятся. И такая цепная реакция постепенно уничтожит всю Вселенную. И только коррекция орбит неким Высшим Разумом не даёт этому случиться.

Дорогой друг, я понимаю эту вашу логику. Но ведь вы образованный человек. Разве вы ничего не знаете о законах природы? Позвольте я вам напомню хотя бы школьный курс.

Господин остановился и заговорил быстро, почти скороговоркой:

Наиболее известной причиной того, что планеты не падают с орбит, является гравитационное притяжение. Каждое тело во Вселенной имеет свойство притягивать другие тела к себе. Сила гравитационного притяжения зависит от массы тела и расстояния между ними: чем массивнее тело и ближе к нему находится другой объект, тем больше сила притяжения.

Кроме гравитации, скорость движения является важным фактором, влияющим на то, что планеты не падают с орбит. Планеты движутся со скоростью вокруг Солнца и при этом удерживаются на своих орбитах.

Кроме того, важным фактором является рассеяние. Например, огромная масса Юпитера оказывает воздействие на другие тела во Вселенной и предотвращает многие неблагоприятные события, в том числе столкновения планет с другими объектами из космоса.

Таким образом, гравитация, скорость движения и рассеяние — все эти факторы способствуют тому, что планеты не падают с орбит.

Он замолчал, победоносно и одновременно сочувственно глядя на ошеломлённого собеседника. Потом улыбнулся и мягко продолжил, уже в обычном своём размеренном темпе:

Во всём этом нет абсолютно ничего таинственного или сакрального, мой наивный друг. Природа действует порой гениально, но она слепа и нет никаких оснований предполагать в ней наличие какого-либо другого разума, кроме человеческого. Один умный человек, после того, как я привёл ему эти же аргументы, произнёс мне в ответ латинскую фразу «A nescire ad non esse»… Всё забываю узнать, что именно она означает…

Господа двинулись дальше, совершенно не заметив выпавший у одного из них исписанный листок бумаги.

Листок упал на землю. Вскоре мимо пробежал щенок, схватил листок зубами, весело с ним побегал и бросил неподалёку под скамейкой.

***
Спустя два часа, под скамейкой, на травинке, примостились два муравья. Они долго и внимательно смотрели на исписанный лист бумаги. Потом муравей с более длинными усиками, продолжил прерванную беседу:

Брат, вот ты вроде бы образованный муравей. Почему ты такой суеверный и старомодный? Почему ты до сих пор, несмотря на беспрецедентное развитие муравьиной науки, веришь в человеческое происхождение листка бумаги? Наука давно познала, как появляются листки и объяснила это с помощью обычных законов природы.

Могу напомнить тебе. Каждому ясно, что листок бумаги – это растение. Это очевидно, ведь его строение явно родственно деревьям, с этим не поспоришь. Да, листок не имеет корней, но это нормально, например, мхи тоже не имеют корней.

Ты утверждаешь, что значки, которыми покрыт листок – это некие письмена, которые оставляет некий высший разум, который мало образованные муравьи называют – че-ло-век.

Смешно, право слово. Каждый муравьишка-школяр знает, что эти гигантские движущиеся образования, растаптывающие всё на своём пути, есть не мифический че-ло-век, а обычное природное явление под названием «бродячий башмак».

Что же касается значков, которыми иногда покрыты листки, то опять же, каждый школьник знает, что в мире существует природное явление, которое называется «минерализация птичьего пера». Время от времени птицы в полёте теряют перья. Обычно они просто падают на землю. Но бывает и так, что какое-то перо случайно падает в месторождение обычного распространённого минерала под названием чёрные чернила. Перо окунается в этот минерал, который по природе своей ужасно пачкается. И если в этот момент налетает воздушный вихрь, то испачканное перо начинает беспорядочно двигаться и оставлять на чём попало эти самые отпечатки, которые, такие как ты, называют человеческими буквами или даже письменами. Да, одновременно с этим где-то рядом обычно проходит «бродячий башмак». Скорее всего он и создаёт вихревой ветер своими движениями и своим хаотическим магнетизмом. Но это же не означает, что «бродячий башмак» (ха-ха-ха) разумным способом управляет пером, оставляя на листке бумаги осмысленные знаки! Придумают же… На самом деле, никакого смысла эти знаки не имеют, так как появляются случайным образом.

Он замолчал, победоносно и одновременно сочувственно глядя на ошеломлённого собеседника. Потом улыбнулся и мягко продолжил:

Во всём этом нет абсолютно ничего мистического, мой наивный друг. Природа действует порой гениально, но она слепа и нет никаких оснований предполагать в ней наличие какого-либо другого разума, кроме муравьиного.
Один умный муравей, после того, как я привёл ему эти же аргументы, произнёс мне в ответ фразу, узнанную им от ватиканских муравьёв: «A nescire ad non esse»… Всё забываю узнать, что именно она означает…


*«A nescire ad non esse» (лат. «От незнания к несуществованию») – логическое суждение, ошибочно отвергающее существование того, о чём ничего не известно.
15.11.2023
Жанна Каитова

 


 

Звёздный Храм Атлеу

Жанна Каитова

Сегодня мы встречали восход Солнца неподалёку от Звёздного Храма Атлеу, на вершине небольшой скалы, на берегу Моря Хрустальной Тайны.

Наш Священный Учитель стоял на самом краю обрыва, его пронзительный взгляд был обращён на восток. Мы выстроились по шесть, справа и слева от него. Ближайшие встали на шаг позади Учителя, следующие отошли на шаг от них, замыкающие застыли ещё на шаг сзади. Вместе с Учителем нас было тринадцать. Наше построение образовало сокровенное начертание, которое обычные школяры называют буквой Л.

Мы молчали и даже не шевелились. Всё моё внимание было устремлено в точку на горизонте, откуда вот-вот появятся первые лучи Светила. В груди привычно трепетали тончайшие невидимые нити, которыми было связано моё сердце с сердцем Священного Учителя, стоящего впереди. Это было моё главное сокровище, которое я так мечтала приумножить ещё больше. По этим нитям частично передавалось мне состояние, в котором пребывал он сейчас.

Но вот их вибрации стали разгораться сильнее, потекли новые импульсы. Моё сердце ответило всплеском света и постепенно огненное колесо Средоточия стало набирать обороты. Вращение огненного колеса сердца, объединённого с Учителем, заливало меня волнами ни на что не похожего восторга. Одновременно с этим важно было сохранить полное равновесие, чёткое владение собой. Однажды я видела, как ученица не захотела соизмерить входящий поток, потеряла самоконтроль и закричала от переполнивших её энергий. Учитель немедленно прервал действие и сказал, что опасно переполнять сокровенный сосуд.

Наконец воздух резко наполнился озоном и первый луч Солнца полыхнул из-за горизонта. Я почти увидела, как обычно невидимая часть солнечного луча, его высшая ипостась, вонзилась в лоб, гортань, сердце и солнечное сплетение Учителя, озарив его огромную ауру невиданным светом. Через мгновение изумительный мощный поток любви, силы и чего-то нового, неизвестного и бесконечно мудрого стремительно хлынул от Учителя и в наши сердца.

Утренний Дар из Мира Высшего был принят.

***

Позже мы должны были собраться в лазурном атриуме Звёздного Храма Атлеу.

Считалось кощунством входить в Храм в обыденном состоянии сознания. Поэтому перед Храмом было построено специальное помещение под названием «Звучание Высших Струн». Ученик, желающий войти в Храм, должен был провести там столько времени, сколько потребуется для успешной настройки своей арфы духа.

Придя в нужное состояние высоких вибраций, я поднялась по секретной винтовой лестнице в высокий атриум.

Мы расселись вокруг низкого круглого стола, на котором благоухало блюдо с бездымно горящей смолой охранного дерева. Это была дополнительная мера для обеспечения секретности беседы, ибо тёмные братья постоянно изощрялись в новых способах подслушать тайны Учения Света.

Мягкий солнечный свет приятно заливал всё помещение, воздух был чист и абсолютно прозрачен. В отличие от обычных зданий, ни в одном Храме не было ни единой пылинки, хотя никто и никогда не видел там людей, делающих уборку.

Кресло нашего Священного Учителя было сделано из белоснежного дерева такой редкой породы, что упоминания о нём сохранились только в древних легендах. Искусная резьба ножек кресла изображала символы ушедших Рас, неведомых мне. На спинке же были вырезаны узоры, соответствующие ритму пульсации одной планеты, имя которой нельзя произносить без разрешения Высокого Духа. В навершие спинки ещё с незапамятных времён было вживлено семь неизвестной породы камней, изображающих Созвездие Ориона.

Наш Священный Учитель одарил каждого из нас благословением и прикосновением к области третьего глаза, помогая ему активизироваться. После этого он начал беседу, которую мы не только слышали, но и ясно видели перед собою в живых образах.

— Мои возлюбленные ученики, сегодня я решил открыть вам частицу нашего общего будущего. Вы уже знаете, что нашу благословенную землю в недалёком веке поглотят великие воды. Возникнет новая земля, новая коренная раса людей, новые народы и новая жизнь. Знаю, что вы мечтаете о будущем, о том, что оно будет прекрасно и что мы избавимся от Князя Тьмы и его слуг. И это поистине будет так!!! — последняя фраза утвердилась печатью в пространстве, малозаметное движение пальцев закрепило печать. Далее он продолжил обычным голосом:

— Но перед тем, предстоит нам пройти в земной жизни через все круги испытаний. Однако эти страдания, боль, лишения и битвы закалят нас, научат ответственности, дадут нам возможность наконец созреть и возмужать. И через многие тысячелетия нас ждёт неминуемая победа Света.

Но не ждите, что мы пройдём этот путь без страшных потерь. Ибо знайте, что многие Знания будут от нас изъяты. Никого не вините, мы сами виновны в этом. Вы забудете обо мне, и забудете друг о друге. Мы будем встречаться из жизни в жизнь, но узнает ли меня ваше сердце, если память будет отнята, тела огрубеют, а рассудок окажется отравлен?

Сегодня мне было Позволено узреть небольшой период времени в далёком грядущем. Это странное время. Люди утеряют торжественность жизненного пути и величие мгновений каждодневности. Все будут жить в малой обыденности, в малых мыслях и малых чувствах. Утеряно будет значение слова и уста человеческие будут рассыпать жемчуг речи словно ненужный мусор, направо и налево. Некоторые будут стараться вырваться на свет истины, пробудить сердце и познать Мудрость. Но им будет очень тяжело… Мой дух скорбит, видя, что вся Земля утеряет понятие Учителя и даже лучшие из вас позабудут, что такое истинный ученик.

В это странное время мы в очередной раз встретимся с некоторыми из вас. Чьё-то сердце узнает меня с первого взгляда, хотя рассудок не сможет и предположить глубину нашей древней связи. А кто-то, побыв немного рядом, уйдёт прочь простым прохожим. Мой дух скорбит…, — повторил Учитель.

Я увидела невзрачную комнату, наполненную грубыми, по сравнению с тем, что окружало нас сейчас, предметами примитивной формы, почти без украшений. Я увидела сидящего человека и поняла, что это он, наш Священный Учитель. Вокруг было несколько человек и все они общались как духовно равные. И они действительно выглядели людьми одного уровня, не отличаясь ни одеждами, ни жестами, ни словами. Я поняла, что они не видят никаких тонких проявлений, однако внутренне тянутся к Учителю.

— Да, — продолжил Учитель с улыбкой, — в том веке я буду жить рядом с вами, а не в Звёздном Храме. Вы будете каждый день видеть меня в быту, потому не сохраните сокровенного почитания и уже не будете называть меня Священным Учителем, как делаете это сейчас. Но вовсе не это огорчает меня. Почти выродится понимание ученичества, вот в чём беда. И это не ваша вина, но всеобщая. Люди часто не будут видеть разницу между Учителем Жизни и гордецом или шарлатаном, самовольно присвоившим себе это звание. Одни будут ждать от Учителя указаний по количеству ложек чечевичной похлёбки, а другие представят его тираном, завлекающим глупые жертвы в свои сети. Вы же будете иметь целые книги, рассказывающие о том, кто истинно есть Учитель и ученик. Вы будете страстно декларировать эти высокие истины, однако жить они будут более на языке, чем в поступках.

— Наш Священный Учитель, — подал голос мой брат-ученик, сидевший напротив. — Неужели нет никакого способа предотвратить такое страшное падение?

— Дети мои, — отозвался Учитель. — Всё может преодолеть только одна сила, существующая во Вселенной. Эту силу нельзя победить, она сама всё побеждает. Эта сила способна преодолеть изъятие знаний и забвение, она способна рассеять мировую мглу, веками сопротивляться тьме и творить самые изумительные кристаллы огней даже в то странное время, которое вы увидели сегодня.

***
На следующее утро мы опять встречали восход Солнца неподалёку от Звёздного Храма Атлеу, на вершине небольшой скалы, на берегу Моря Хрустальной Тайны.

Мы опять выстроились по шесть, справа и слева от нашего Священного Учителя. Нас было тринадцать. А построение, как всегда, образовало сокровенное начертание, которое обычные школяры называют буквой Л.

Жанна Каитова
23.01.2023 г.



«РОДНЫЕ ПРИШЛИ...»

Каитова Жанна

Все окна в автобусе оказались с затемнёнными стёклами. И когда Роза и Лилия вышли из него, то яркое солнце заставило их зажмуриться. Да-да, Роза и Лилия. И нет, это были не цветы, а две очень милые молодые женщины. Улыбка судьбы и родителей одарила их этими царскими именами. Скажете, что не было таких цариц? Возможно. Но издревле закрепилось мнение, что роза и лилия – царицы среди всех цветов. И, согласитесь, на то есть основания.
Подруги подхватили небольшие чемоданчики на колёсиках и направились в сторону такси. Вообще-то удивительно, что оно здесь было. Небольшой южный городок, в стороне от трасс и туристических маршрутов. Скорее большой посёлок, чем город. Минут за сорок пройдёшь его насквозь. И вдруг такси.

С водительского места выкатился маленький, толстенький мужичок.

– Мадемуазели, куда прикажете? – и сразу открыл багажник.

Лилия чуть заметно нахмурилась. Роза понимающе посмотрела на неё, потом вопросительно подняла брови. Лилия кивнула.

– Здравствуйте. Вы не могли бы нам подсказать, где здесь можно остановиться на несколько дней? Может быть, гостиница?

– Да не, зачем нам гостиница? Есть баба Валя, хоромы у неё, чисто, будете довольны. Она и дома как раз сейчас, садитесь быстрее, а то как уйдёт куда.

Место и правда оказалось чистым и удобным, а баба Валя  приветливой и очень улыбчивой. Она поселила подруг в отдельный маленький домик. Во дворе было ещё два дома: один хозяйский, а второй занимал жилец – пояснила баба Валя.

***

Девушки быстро распаковали вещи и, прежде чем приступить к делу, сели в саду выпить чаю.

– Роза, что ты увидела у таксиста? – спросила Лилия.

– Он под контролем, – ответила Роза. – Контролирующая астральная сущность давно внедрилась в ауру, видна в области головы. Возможно несколько лет.

– Он ждал именно нас, – добавила Лилия. Роза кивнула.

– Значит, мы в этом доме не случайно.

***

На окраине городка зеленела молодая берёзовая рощица. Недавно её преобразовали в парк. Почистили, сделали аккуратные дорожки, поставили скамейки. Счастливцам из цветущего частного сектора парк был не особенно нужен. Но вот жильцам нескольких многоквартирных домов, имеющихся в городке, он доставил настоящую радость.

Лилия медленно шла по аллее парка. Нужно было наконец посмотреть на ту, ради кого они с Розой предприняли эту спешную поездку. Часы показывали около полудня, и людей в парке оказалось совсем мало. Но они всё же были.

Лилия была старше Розы, но со стороны привлекала к себе больше внимания. Высокая, она была как-то изысканно сложена, с лебединой шеей, гордой посадкой головы и врождённой грациозностью. Лицо неяркое и на первый взгляд не особо примечательное. Но те люди, которые общались с ней достаточно долго, однажды начинали понимать, что от её лица трудно отвести взгляд. Медленно проявлялось в нём какое-то скрытое притяжение, что-то необычное, но очень светлое, будто утешающее, спокойное и надёжное…

Роза же имела глаза. Конечно не только их, но они сразу и навсегда затмевали всё остальное. Огромные тёмные звёзды, горящие огнём. Кажется, что, засмотревшись в них подольше, можно будет найти себя где-то в космическом пространстве, а не в этих серых буднях. Но сейчас Роза осталась в доме бабы Вали, ибо там обнаружилось нечто настораживающее. А Лилия пошла на поиски той, которая в них так нуждалась, хотя сама и не осознавала того.

Внутреннее чувство привело Лилию в берёзовый парк. Свернув на очередную боковую дорожку, Лилия наконец увидела её.

***

Роза наполнила прозрачную чашку дымящимся ароматным напитком и бережно поставила перед Лилией. Та ласково улыбнулась подруге.

– Её зовут Анна, – начала Лилия рассказ. – Недавно исполнилось двадцать семь лет. Семья была сама по себе пьющая, но Грегор захотел подстраховаться и подсадил на обоих родителей контролирующие сущности. Сегодня мы уже видели таких.

– В ауре таксиста?

– Да. Тот же вид, и та же ментальная печать на них, – ответила Лилия.

– Значит и таксист дело рук Грегора?

– Несомненно.

– А что Анна? – спросила её Роза.

– Мы очень вовремя приехали, – ответила Лилия. – Конечно, у неё не было шансов сохранить чистоту Тонкого Мира. С детства жила среди серых огней, иногда совсем чёрных, редко было светлее в окружении. Конечно никакой веры в её земном сознании. Очень много жизненных ошибок, впрочем, иначе и быть не могло. Аура вся в ранах…

– А что в глубине?

– Чувствую, дух пострадал не очень сильно. Всё-таки большие накопления, и она готовилась к этому трудному воплощению, ты же помнишь.

– Что именно сказал Учитель об этом? – спросила Роза.

– Он сказал, что её дух не может пробиться к её земному сознанию – потеряна связь. И кричит о помощи.

Она помолчала.

– Грегор тоже остановился здесь, – сказала Роза и показала глазами на один из трёх домиков, принадлежащих их гостеприимной бабе Вале.

Лилия смотрела на свой всё ещё горячий чай. Солнечный луч пронизывал прозрачную чашку насквозь, отчего напиток в ней будто горел янтарным светом.

– Так вот почему таксист привёз нас сюда. Грегор хочет, чтобы мы были у него на глазах.

Лилия взяла Розу за руку и серьёзно посмотрела на неё.

– Роза, я знаю, что ты ещё не сталкивалась с тёмными в прямом противостоянии. Да, это не наша с тобой сфера действий. Мы приносили людям помощь через новое знание, через утешение и поддержку. Мы раскрывали их сердца светом и красотой. Мы залечивали раны людей тканью любви и сострадания. Мы вкладывали в их ауры кристаллы чистого света. Работа с Анной должна была быть такой же. И Грегор не должен был сегодня оказаться здесь. А с ним, как ты знаешь, всегда его астральная свора. Так что их будет много. Времени ждать помощи у нас нет, всё должно решиться завтра. Ты готова?

Роза задорно улыбнулась и решительно кивнула.

***

Грегор, конечно, не был иерофантом. Но являлся доверенным лицом одного из них. С Анной же его связывала давняя вражда. Он ненавидел её, потому что из воплощения в воплощение их сталкивала судьба и Анна неизменно разоблачала его тёмную сущность, в какую бы личину добра он ни облекался.

В этой текущей жизни Грегор нашёл маленькую Анну ещё в детстве и стал работать с её родителями и окружением. Он сделал всё, чтобы её сердце не могло воспламениться, а, наоборот, затемнялось всё больше. Он хотел совсем уничтожить её физически, но при всём своём могуществе и кажущейся беззащитности девочки, ему это не удалось.

Теперь наступил особый срок. И вокруг ничего не подозревающей Анны собрались представители Братства Света и стана тьмы.

***

Григорий Иванович Багрянский – профессор, историк, ректор одного из престижных столичных вузов, человек с безупречной репутацией, меценат по мере своих возможностей – стоял за раскидистыми кустами шиповника и пристально смотрел вперёд.

Сейчас его не узнал бы ни один студент. Обычно приветливое, интеллигентное лицо исчезло, будто сняли маску. А вместо неё на поверхность проступила истинная сущность профессора Багрянского – Грегор. Хищное лицо, кривая усмешка плотно сжатых губ, безжалостная жестокость глаз. Лёд в глубине.

Он пришёл в берёзовую рощу, где Анна обычно проводила свой обеденный перерыв, так как работала совсем рядом, и сразу же её нашёл.

Анна была уже не одна. Она расположилась на своей любимой скамейке, в одной руке держала картонный стаканчик с кофе, в другой – телефон, в котором что-то читала. На соседней скамейке сидела высокая женщина с полуприкрытыми глазами. А напротив – вторая, она смотрела на Анну, точнее в область чуть выше её головы. Грегор узнал их, и волна холодной ненависти ко всем троим сама собою открыла перед ним ближайшую низшую сферу. Он ещё раз усмехнулся и призвал свору.

***

Лилия окутала их троих единой защитной сферой. Она видела, что Роза начала уже аккуратно работать с аурой Анны. Нужно было провести хотя бы минимальную очистку её, прежде чем найдётся возможность приближения к областям сердца. Далее следовало найти в них наименее затемнённый участок и через него устремить прямо в сердце девушки огненный луч Братства. Луч временно очистит оболочки сердца, и собственный дух Анны сможет дать о себе знать. Ну а дальше всё будет зависеть от её свободной воли.

Большое значение имело ещё и то, чем будет в тот момент занято земное сознание Анны. Если оно будет находиться в обычном обывательском потоке мыслей, то пробуждение сердца может и не состояться. Если же что-то выведет её из обычного состояния – радость или горе, какое-то сильное чувство, необычные мысли, то шансы на успех возрастут многократно. Анна читала в телефончике книгу, коротая время обеденного перерыва. И, похоже, книга была выбрана ею удачно.

Лилия перестала наблюдать за ними и сосредоточилась на своей задаче. Грегор скоро появится, и она должна быть готова к защите. Лилия чувствовала выстроенную ею вокруг этой части парка защитную сферу и пространство внутри неё. Ощутив соединение с Истоком, она стала вливать в оболочку сферы больше огня. Она настолько перенесла туда своё восприятие, что чувствовала все случайные потоки энергий, сталкивающихся с защитным барьером и отскакивающих от него в разные стороны. Эта сфера стала будто её собственной аурой, напрягшейся в готовности ко всему.

Как гигантское цунами внезапно волна ненависти обрушилась на защитную сферу. Ледяная, всё пожирающая на своём пути ярость навалилась на барьер в стремлении смести его с лица земли. Лилия выпрямилась как струна, её концентрация стала стопроцентной. Этот ожидаемый, но всё же внезапный удар не смог нарушить её равновесие. Она вся стала как огненная пружина, предельно напряжённая, в состоянии высшего накала спокойствия.

Увидев, что его первый мощный удар не пробил защиту, Грегор стал шептать древние формулы, дающие власть над сущностями низшей сферы, которые уже были рядом. Он вкладывал в них свою волю до тех пор, пока не почувствовал, что они накачаны до такой степени, что скоро сами выйдут из-под его контроля. Тогда он направил их в бой.

Защитный барьер сотрясался всё сильнее. Лилия держала сферу непоколебимой волей, но её мысли были заняты другим. Она смотрела на сияющий Лик Учителя внутри себя. Лилия не была воительницей с тёмными, этим обычно занимались братья. Но некоторый опыт она всё-таки имела. Потому знала, что теперь, когда барьер установлен и крепок, когда её равновесие удержало первый удар, теперь её задача сосредоточиться на Лике Учителя каждой своей частичкой и полностью стать проводником Его Силы. Тогда даже у всех иерофантов вместе взятых не будет против неё никаких шансов.

Лилию потряхивало от мощи проходящих через неё потоков. Грегор был действительно силён, и его чёрная магия отточилась в веках. Было ощущение, что километры вокруг заполнены тёмными сущностями и все их силы направлены против неё. Но Лик Учителя внутри неё сиял всё сильнее, и в сознании вдруг прозвучал голос: «Помни, тьма – как бык картонный».

Лилии показалось, что её тело скоро начнёт плавиться от мощи проходящего через неё огня. Как вдруг напряжение мягко оставило её, защитная сфера неожиданно сама собою стала расширяться, звенеть и на доли мгновений становиться видимой. Она увидела лицо Грегора, как будто стояла рядом с ним, хотя это было не так. Лицо это застыло в гримасе ужаса. Расширяющаяся защитная сфера будто растворяла всех сущностей, которые уже в панике носились вокруг. Когда сфера накрыла Грегора, он закричал во весь голос, закрыл голову руками, словно в попытке спрятаться, и рухнул на землю. В его глазах стояло безумие.

Защитная сфера вычистила весь город от остатков чёрной магии и незаметно растворилась незаметно для участников, а жители города и вовсе ничего не поняли. «Опять эти магнитные бури», – проворчал старичок, прогуливающийся по соседней аллее.

***

Анна попивала ароматный кофе и читала роман о приключениях смелой девушки в средневековой Италии. Сегодня роман особенно захватил её. Она вся погрузилась в него, стараясь ощутить себя на месте героини, пожить её жизнью. Какой-то необычный день выдался. Новые чувства и мысли стали возникать внутри девушки. Она вдруг залюбовалась поступками книжной героини, её самоотверженностью и великодушием. «Боже, как же это красиво», – подумала Анна. А ведь раньше она не задумывалась о том, что внутренний мир человека может быть поистине красив. Красив не тем, что обычно ей казалось таковым – успешностью в карьере, в отношениях, восхищёнными взглядами окружающих. Но красив возвышенными чувствами, благородными намерениями, чистыми мыслями, совсем другими ценностями. «Другими ценностями», – задумчиво прошептала Анна, и её просветлевшее лицо озарилось ещё ярче. Она глубоко вздохнула и стала об этом думать.

***

Баба Валя тепло провожала подруг. Она надавала им в дорожку пирогов и даже окрестила крестным знамением.

– Вот вроде и не похожи, а будто сёстры друг дружке! – сказала баба Валя с умилением.

– Да мы всем сёстры, – засмеялась Роза. – И вам, бубулечка!

– А что, – задорно подхватила баба Валя. – И мне сёстры, что ж!

Подруги пошли к воротам. А у бабы Вали вдруг ни с того ни с сего быстро забилось сердце. Вроде и самочувствие хорошее, а сердце-то быстро-быстро колотится. Она смотрела на удаляющихся женщин, и глаза её стали удивлённо расширяться.

От сестёр вдруг блеснул белый луч, потом ещё один. Тонкие, ослепительные лучи заблестели вокруг головы Лилии, мощно, будто крылья сверкнули из плечей Розы, а потом ровным, великолепным сиянием залили всё пространство вокруг. Через минуту женщины скрылись за поворотом.

В глазах бабы Вали стояли слёзы.

– А сёстры-то – белые… – благоговейно прошептала она.

06.03.2022

 

© На сайте выложены оригинальные материалы. Просим помещать ссылку на сайт при их использовании.

Комментировать

Внимание: комментарии публикуются после утверждения.